Дверь гаража с жужжанием открылась, когда распознала отпечаток его большого пальца на наборном диске замка. Он забрался в машину, завел ее и подал задом, разгребая снег задним бампером. Затем включил задние и передние радиаторы обогрева. С проблемой, которая стояла перед Лаурой, ему приходилось всегда быть наготове, чтобы выехать в любой час дня и ночи и в любую погоду. Решетки-радиаторы для оттаивания снега потребовали немалых дополнительных расходов, но они были просто необходимы. Когда он подогнал машину к передней двери, она уже ожидала его.

— И куда же теперь? — спросил он.

— Куда-нибудь в округе, — ответила она шепотом. — Пожалуйста, поторопись! В этот раз будет наверняка плохо.

Растапливая снег впереди машины, он выехал на шоссе и направился к дороге, ведущей прочь от города и его окрестностей. Затем, передав управление автопилоту, он погладил волосы Лауры и стал целовать ее щеки, уши, шею…

Через десять минут они оказались у выезда с шоссе, и красный глазок автопилота подмигнул ему, словно говоря, что следует взять управление на себя. Где-то в недрах машины по той же причине ожил зуммер и жалобно заблеял. Он свернул влево на вспомогательную дорогу, не так хорошо очищенную, как шоссе. Снежные наносы наползали на щебенку, суживая проезжую часть в некоторых местах наполовину. Он выжал акселератор и заставил свой «чемпион» двигаться дальше.

Она застонала.

Это был плохой признак. Критический момент быстро приближался, предел, за которым кончается сдерживание и может произойти всплеск энергии, яростный и смертельно опасный. Лаура была экстрасенсом, но это не шло ей на пользу, так как она не могла удержать свою силу под контролем. Она была не в состоянии выплеснуть энергию наружу, пока та не достигнет критической точки, и раз этот предел был близок, то оставались считанные секунды до выброса.

Он был рад, что установил решетки-радиаторы для растапливания снега. «В наши дни, — подумал он, — их следовало бы устанавливать на все машины. Тогда снегоуборочные машины и кольца подогрева в полотне дороги были бы лишними». Решетки обдавали жаром кристаллики снега впереди: некоторые превращая в пар, некоторые — в талую воду, оставляя ее позади, чтобы превратиться в лед на холодном ночном ветру, который обдувал дорогу.